19:45 

Будущее; команда стран Северной Европы.

hetalia_fight
Так придумано людьми: хочешь мира - жди войны. (с)






Название: Сумерки Богов
Автор: Команда Северной Европы
Бета: Команда Северной Европы + анонимный доброжелатель
Персонажи: Дания, Швеция, Норвегия, Исландия, Финляндия. Краткое упоминание прочих
Категория: легкий слеш
Размер: миди ( 5990 слов)
Жанр: агнст, экшн, психология, даркфик, ER.
Предупреждение: Смерть персонажей, лёгкий психодел
Рейтинг: R
Саммари: Когда люди восходят на трон, для Богов наступают сумерки.
Примечание: Для стран, не имеющих имен в каноне, команда выбрала следующие: Дания - Хольгер Фредериксен, Норвегия - Хетиль (Хелль) Торбьёрнсен, Исландия - Эспен Бьёрнсен.




Пролог


Боязнь апокалипсиса, так тревожащая людей, долго не переходила к странам. Сейчас уже никто не может сказать, откуда именно пошел страх исчезнуть, да и с датой сложно определиться. Век примерно двадцать пятый, когда объединение стран в огромные конгломераты, иногда покрывающие весь материк, достигло своего пика. После этого наступило затишье, границы больше не приходили в движение, союзы казались прочными, как никогда.
Именно в то время прошла первая волна паники по тем, кто называл себя воплощением своей страны. Они боялись исчезнуть - ведь, в конце концов, от их территорий остались только формальные имена, а люди, то, что составляло основу существования, перемешивались.
Но этого не произошло ни за два века, ни за три. Правда, никто не знал, сколько времени нужно стране, чтобы перестать быть страной, но большинство утешало себя тем, что ничего не изменится.
К двадцать девятому веку границы снова начали изменяться, а человечество четко разделилось на две категории, на знать и бедных. В каких-то странах это деление было особенно заметно, как, например, в Европе, где бедная часть населения голодала и не имела доступа ни в школы, ни к больницам. Где-то сохранился один, средний уровень жизни, где-то были одни бедняки... постепенно такое разделение вошло в норму и перестало вызывать удивление.
Держать свои земли становилось все трудней, а империи XXХ века наступали со всех сторон, ненавязчиво пожирая территории без особого сопротивления местного населения… Хотя, какого населения? Разбросанной суперэлиты с рабами? Именно те люди, волю всегда выражали страны, даже не считаясь с королями, умирали от голода и болезней. От этого пошатывалось не только здоровье, а страдал и рассудок. Некоторые блоки оставляли себя в таком статусе, как были когда-то страны в составе канувшего в Лету Евросоюза.
Такими были и страны Северной Европы.
Менее всех из Скандинавов изменения коснулись Норвегии. Люди бежали к нему, а не от него – норвежское общество тридцатого века вполне могло называться почти идеальным. В остальных же странах, так или иначе, было жить крайне проблематично.
Дания то и дело отбивался от Германии, который стянул под свое крыло практически всю Европу и покушался на Северную Африку. Так называемый «Четвертый демократический рейх» был одной из самых успешных из всех Империй нового времени. Да, народ вымирал от голода, но только там, где сама земля не благоволила к их жизни. В других же регионах было легче. Проблема была в том, что датчане оказались на перепутье: они не знали – защищать свою национальную идентичность и закрывать границу или идти в состав Рейха и, возможно, умирать от голода. Данию мучило предчувствие гражданской войны.
У Швеции было так же далеко не хорошо. Он был едва ли не в состоянии войны с русскими – Великая Славянская Империя под управлением России вела активную политику освоения заброшенных земель. Почти вымерший от продовольственного кризиса Китай с трудом держал оборону, а интересы России уже перекинулись и на Европу, где Германия постепенно сдавал свои позиции. Так же под удар напрямую попадал Финляндия, из-за которого Швеция не мог остаться в стороне.
Исландия был не нужен никому. Он вымирал. Точнее – вымирали люди. От голода, недостатка питьевой воды и болезней, которые сами усугубляли, не обращая внимания на первичные симптомы. Вливание новой крови, переселенцев, которых направляли для освоения земель, были не эффективны. Кое-как он еще держался за счет того, что Норвегия отдал ему небольшую часть своих северных земель.

Часть первая



Это сообщение на форуме выглядело странным. На этот адрес во всемирной паутине можно было попасть, только имея прямую ссылку, а для того, чтобы оставить сообщение, требовалось пройти три уровня идентификации и подтвердить, что визитер не является случайным человеком.
Один из старейших сохранившихся сайтов - тот, где страны могли связаться между собой.
И - неожиданно - созданная новая ветка обсуждения, в которой висит только одно сообщение, первое.
"Будьте внимательны! На Вас идет охота"
Это было такой явной глупостью, что Бервальд немедленно попытался удалить пост, однако форум не реагировал, как будто права администратора вдруг отключились.
Ни отредактировать, ни удалить он не мог. В конце концов Швеция выбросил это из головы на некоторое время, пока Тино не пожаловался ему, что уже некоторое время не может связаться ни с кем из старых друзей.
Это можно было объяснить и другими причинами, конечно, но справиться с тревогой уже не удалось.
Потому ночью, чувствуя себя немного не в своей тарелке от того, что приходилось прятаться от Тино, Бервальд отправил письмо по адресу, указанному неизвестным в профайле, требуя объяснений. Пришедший ответ содержал только файл с фотографией.
На первый взгляд ничего удивительного в ней не было, просто не очень удачное фото Эстонии. Чтобы догадаться, в чем дело, потребовалось некоторое время. Живой не смог бы принять такую позу, понял Бервальд в конце концов.
Он собственными глазами видел мертвое тело страны. Почему-то не возникло мыслей о том, что фотография может быть подделана - после того, как он заметил, что Эстония мертв, любые попытки мозга объявить фотографию подделкой не работали.
Швеция потянулся за телефоном. Все, что он сам мог сделать сейчас: предупредить других. Возможно, вместе получится что-то решить?
***


Осло было привычным местом для проведения совета. Во времена паранойи они собирались у Исландии, пользуясь его удаленным расположением, но постепенно желание тревожить уже тогда выглядевшего крайне слабым Эспена стало угасать. Норвегия же оставалась самой стабильной из скандинавских стран, поэтому ее хозяин сам предложил встречаться у него, как в старые добрые времена - сообщение Бервальда встряхнуло их всех, и от встречи не отказался никто - им понадобилось несколько часов, чтобы собраться в одном из небоскребов, занятых правительством Осло.
Но последний совет прошел уже около века назад, и сейчас было странно видеть друг друга. Норвегия, которому стоило бы начать - он не был сейчас председателем совета, но, все же, положение хозяина давало свои привилегии, не сразу смог выбрать манеру поведения. Может быть, стоило подождать еще немного, пока тому же Дании не надоест просто сидеть, и он потребует отчета? Или Швеция все же решит рассказать о своем открытии?
А с другой стороны - когда выпадет возможность побыть главным, еще через сотню лет?
Хетиль поднялся на ноги, наконец решившись.
- Рад, что мы все еще живы, - начал он, попытавшись пошутить, но юмор не был оценен. - Не хочу говорить много, к тому же я сам не совсем понимаю, что происходит, поэтому, думаю, слово стоит взять тому, кто нас сегодня собрал.
Швеция кивнул, вызвав изображение на сенсорном столе.
- Труп, - сразу констатировал Дания, даже не присматриваясь. - Мы собрались, чтобы посмотреть на труп? Спасибо, я их сегодня уже видел.
- Это Эстония, - тихо произнес Финляндия. - Я понимал, что что-то не так, но боялся в это поверить, - Тино поднял голову, теребя пальцами край сейчас отключенного планшета. - Я проверил все данные отправителя и провел анализ. Сообщение было отправлено из пограничной зоны между Рейхом и Данией - но это все, что можно сказать. Такое впечатление, что нам написал призрак. Это не нормально. И очень странно. Так же я не чувствую особо больше никого из соседей. Вас, еще некоторых... Но я не чувствую даже Людвига!
По бледности он мог посоревноваться с Исландией. Норвегия слышал, что у Финляндии были дружеские отношения с прибалтами. Больно, наверное, видеть друзей на посмертной фотографии.
От осознания становилось не по себе, и не одному Норвегии. Может быть, через некоторое время кто-то из них будет рассматривать такие же снимки, только уже с другими главным персонажами.
- Эй, Вайнамейнен, - несколько хрипло протянул Дания, выглядящий устало. – Я все понимаю, после мировых тебя достаточно потрепало и наоблучало, что ты у нас теперь радар заменяешь. Но твое чутье... Я не верю, что оно надежно! Немец не так давно мелькал в новостях. Единение бессмертной сущности страны с собственно страной, смотреть противно.
- Заткнись, - велел Норвегия, с трудом удержавшись от того, чтобы наступить Дании на ногу. - Раньше казалось невозможным, что кто-то из нас может умереть вот так... по-человечески, - Хетиль не выдержал и закрыл фотографию. По спине бежал холодный пот от смеси страха и отвращения, которые испытывал Норвегия. - Но... согласитесь, ни у одного из нас не возникло мысли о том, что это подделка. Я пытался немного проверить слухи... Выяснилось немного. Люди часто говорят о нас в последнее время. Иногда мелькают заметки о том, что бессмертные существа содержатся в каких-то лабораториях, но больше ничего конкретного.
- Ты хочешь сказать, кто-то похищает нас и ставит опыты? Это же бред! - Дания вскочил на ноги, немедленно оказавшись выше. - Людям не до того, Хелль! Вы просто далеко от Европы. Там готовится война. Люди собираются убивать друг друга - и когда они начнут, я утону в крови!
- Успокойся, - Норвегия поймал себя на желании подняться на цыпочки, но смог удержаться. Не время для ребячеств. - В Европе готова вспыхнуть гражданская война?
- Это могут быть не связанные события, - судя по всему, Финляндия пересказывал слова Бервальда, слишком отстраненно это звучало. Или же он еще не отошел от осознания чужой смерти. - Ясно одно, мы в опасности. Разве вы не чувствуете этого?
- Если у кого-то паранойя от неудачного соседства, не стоит делиться этим со всеми, - поморщился Дания, с размаху падая в кресло. - Вам что, проще поверить в какие-то несуществующие лаборатории, чем во вполне реальное кровопролитие? Слабаки.
- Тебя не волнует, что мы можем быть смертны? - теперь уже не выдержал Швеция. - Ты не похож на того, кто готов умереть.
- Никто не готов, - хмыкнул Дания. - Ладно, ты предупредил нас. Мы можем расходиться?
- Если ощущения Тино не ошибочны, то у нас достаточно поводов для волнения, - выждав небольшую паузу, снова заговорил Бервальд, не обратив внимания на Данию. – Я считаю, нам нужно быть предельно внимательными ко всему, к любым мелочам.
- Возможно, нам стоит держаться вместе, - впервые за вечер подал голос Исландия, раскашлялся и плотнее намотал шарф на шею. Видно было, что ему больно говорить. - Неизвестно, что за охота, а на пятерых напасть всегда сложнее, чем на одного.
- Ты прав, это будет разумно, - согласился Норвегия, тоже присаживаясь. - Что бы это ни было, нам стоит хотя бы накопить информацию. И давайте постараемся не покидать мой дом без крайней необходимости. Для связи с боссами можно использовать технологии.
- Если ты готов предоставить свое жилище... это будет лучшим вариантом, - подтвердил Швеция. - Голосуем.
Это было чистой формальностью - даже Дания, после недолгой внутренней борьбы, поднял руку, голосуя за временное объединение.

Часть вторая


Улицы родного города впервые показались зловещими. Урбанизация двадцатых веков надстроила над старым Осло еще два уровня, но Норвегия всегда чувствовал себя уютно на любом из них.
Но не сейчас.
Он не мог избавиться от ощущения слежки, хотя был совершенно уверен, что никто не смог бы поймать его после той бешеной карусели улиц, по которой Хетиль успел пробежаться. Он и сам временами терял ощущение ориентации в пространстве. Слишком давно не был так низко, не бродил, смешавшись с разномастной толпой, в надежде, что он все же выглядит ее частью.
Хотя у людей всегда было особое чутье - Хетиль знал, что долго вокруг него толпа не продержится, поспешит распасться в разные стороны, и ему приходилось лавировать, примыкая то к одной, то к другой группе людей, потом обгонять их в поисках нового прикрытия.
Норвегия старался не задумываться о том, выглядит ли это подозрительно.
Он почувствовал опасность спиной, когда люди вокруг вдруг ускорили шаг, и Норвегия, прежде чем спохватиться, на несколько секунд остался один. Человек в полицейской форме - совсем не норвежской форме - даже не скрывался. Он не делал попыток подойти к Норвегии, просто стоял и смотрел.
Как будто и не человек вовсе.
Хетиль с трудом смог победить желание побежать. Он медленно пошел, вперед, к этому странному полицейскому, надеясь этим хотя бы удивить, и, не дойдя буквально пары метров, сорвался в узкий проулок. Пробежать петляющей улочкой, перемахнуть через забор, оказавшись на большом пустыре - здесь было, где укрыться, но Хетиль понимал, что нельзя оставаться на месте. Главное для него - сбросить хвост и найти остальных. Норвегия обошел пустырь по периметру, прижимаясь к забору, снова перебрался через него. Чем дальше, тем глубже он забирался в историческую часть Стокгольма, еще немного - и окажется на нужной площади. Полицейских в странной форме видно не было, но Норвегия решил не рисковать и еще немного поплутать.
Возможно, если бы рядом были люди, он бы смог узнать об опасности, но его собственное чутье промолчало. Только звук выстрела заставил вздрогнуть, и пролетевший над плечом энергетический разряд оставил вмятину в ближайшем заборе. А у него - даже намека на оружие нет, и защиты никакой, единственная возможность уйти - бежать и не оглядываться, что Хетиль и сделал.
Новых выстрелов не последовало, и он надеялся, что ему все же удалось запутать снайпера, и собирался оглянуться, когда что-то врезалось в него и чуть не опрокинуло, Норвегия с трудом удержался на ногах, сжимая кулаки и изворачиваясь в чужих руках.
Не ударил только потому, что схвативший его заржал слишком уж знакомым голосом, а поверх его плеча было видно осевшее на землю тело.
- Скотина! - не сдержался Хетиль, отпихивая от себя чересчур воодушевленного Данию. - Это же не игра, опомнись наконец!
- Да ладно тебе, - Хольгер самодовольно улыбнулся, снимая кастет с пальцев. - В следующий раз позволю какому-то проходящему мимо гаду тебя застрелить, договорились, Хелль!
Он поднял руки в шутовском жесте, отлично подходящему к яркому наряду. Здесь, в старом городе, Дания выглядел чужеродно, но наверху наверняка терялся в толпе так же, как и Норвегия в своих винтажных джинсах и куртке.
- Ты меня скорее сам убьешь, - вздохнул Хетиль.
Не хотелось это признавать, но с Данией рядом было немного, но спокойнее.
Дальше они шли вместе. Зеленый сквер с фонтаном, один из многих, сейчас превратился в квадратную пустошь. От фонтана остался только ржавый каркас, из зелени - робко пробивающийся под треснувшей мраморной скамейкой кустик сорной травы. Впрочем, по нынешним меркам это было неплохим озеленением местности.
Пока Дания осматривал площадку, обходя его, Норвегия дошел до центра, заглянул в когда-то белую чашу фонтана. На дне лежало что-то, выбивающееся из общей картины - нахмурившийся Норвегия подцепил и вытянул на свет КПК с треснувшим экраном.
- Нашел что-то? - крикнул Дания, привлеченный его действиями.
Хетиль повертел гаджет в руках, попытался включить - он где-то видел похожий, но таких вот карманных компьютеров было великое множество, именно эта модель пользовалась особой популярность. Компьютер тренькнул, врубая заставку - извержение вулкана - но экран тут же погас. Впрочем, этого было более чем достаточно.
- Это вещь Эспена, - с уверенностью заключил Норвегия, чувствуя огромное желание немедленно что-то сделать.
У Исландии, как и у него, наверняка - никакого оружия, да и вообще с собой был только этот компьютер.
Самая легкая добыча из всех, и кто придумал разойтись по одному после того, как они получили письма с предложением "поучаствовать в исследованиях на благо народа Земли" и стало ясно, что если не уйти, то их просто поймают, как мышей, которые сами забрались в мышеловку?
- Если ты съешь себя изнутри, мы его быстрее не найдем, - Дания забрал у него компьютер, взвесил вещицу в ладони и убрал в карман. - Здесь опасно, нам нужно уходить.
Ничего не ответив, Хелль кивнул и развернулся в предполагаемом направлении движения. Он волновался за брата. Чувствовал, что с ним что-то не так, что его необходимо найти как можно скорее. Не паниковать получалось слабо. За своими мрачными мыслями норвежец даже не заметил, как Хольгер мягко приобнял его за плечи и повел к себе на квартиру.
***


- Мне не по себе. Я чувствую, что что-то не так, - тихонько бубнил Норвегия, пока Дания возился с замком, пытаясь попасть карточкой в тонкую прорезь. Когда ему это удалось, весь подъезд явно услышал его довольный вопль.
- Проходи, - Фредериксен выпрямился и толкнул двери, пропуская Торбьернсена внутрь.
Покачав головой - датчанин опять его не слышал и даже не пытался - он прошел в квартиру.
Ну как, квартирой это назвать было трудно. Комната. В Осло Дания бывал редко, так что это было самое то. Комната с диваном, уборная и балкон. Что еще надо для счастья? Дании – больше ничего. Разве что еще бутылка хорошего алкоголя и Хетиль под бок. Все это сегодня было у него в наличии.
- Располагайся! – стянув жилет и повесив его на старинное напольное зеркало у входа, довольно улыбнулся хозяин квартиры.
- Где? – скептически осмотрелся Норвегия. Из интерьера тут был только ковер на деревянном полу, диван, низенький столик, то самое зеркало и холодильник.
- Да хоть на мне! – потянувшись, Хольгер растянулся на софе. – Ну так как?
- Придурок! - фыркнул Норвегия.
- Хетиль… - обиженно нахмурился датчанин. - Я ж хороший.
- Заткнись, - цыкнул тот, отходя к окну.
Торбьернсен сильно волновался о брате. Эспен был болен, был очень слаб, а сейчас... если его схватили – это проблема. Помощи ждать больше неоткуда. Они в западне. Он мог верить только себе и Хольгеру.
Остаток дня они просидели в комнате, никуда не выходя и смотря друг на друга из разных углов. Когда уже начало темнеть, Дания решил, что пора бы уже хоть как-то начать двигаться и что-то делать, хоть выпить, но его заготовленную очень яркую и пафосную речь прервал звонок. Телефон Торбьернсена, лежащий на маленьком столике у дивана верещал неприятным электронным голосом, что его вызывает неопознанный абонент. Не долго думая, норвежец схватил гаджет, нажимая на экран и принимая вызов.
- Да? – взволнованно выдохнул он.
- Братик? – послышался хриплый голос Исландии. – Брат, ты где?
- Эспен! – не скрывая радости едва не вскрикну Норвегия. – Эспен! Ты в порядке? Где ты?
- Я в порядке! Только КПК потерял, пока от погони бегал… - как-то наигранно рассмеялся тот. – Я сейчас у фонтана в центре. Я заблудился. Можешь забрать меня?
- Да! Конечно! – тут же закивал Хелль, будто собеседник мог его видеть. – Я недалеко от тебя. Жди! Я и Хольгер сейчас будем!
Завершив вызов, Хетиль быстро засунул телефон в карман и обернулся к недовольно хмурящемуся Дании.
- Чего сидишь?! Ноги в руки и вперед!
До фонтана на втором уровне столицы они добрались быстро – всего пару кварталов от дома Дании. Вот только когда они были уже на месте, Хелль увидел совсем не то, что ожидал.
На бордюрчике фонтана сидел Исландия и очень гадко улыбался. За его спиной стояли каких-то два «шкафа» в черных костюмах.
- Эспен? – чуть сощурившись, начал было Торбьернсен.
- Я в порядке, как видишь, - фыркнул Исландия, а затем, плавно встав, подошел к брату, положив руки ему на плечи. – Все в порядке, братик. Все правда в порядке, - он легко коснулся губами его щеки. – Сейчас мы с тобой вместе и более ничего не важно…
- Эй! – вспылил было Дания, но его быстро скрутил один из охранников.
- Убить, - миролюбивым тоном скомандовал Бьернсен.
- Что!? – оттолкнув брата, Норвегия неверяще замотал головой. – Ты не можешь!
- Могу…- усмехнулся юноша. – Стреляй! - кивнул он одному из людей в черном.
- Нет! – Хетиль рванулся к Хольгеру, пытаясь выбить из рук охранника пистолет. Плечо обожгло болью – вместо энергии оружие было заряжено дротиком.
Заметив, что норвежца ранили, Фредериксен резко откинул голову назад, затылком явно сломав нос охраннику, тут же кинувшись к другу.
- Вы еще не поняли? – усмехнулся Эспен. – Братик только мой, а вот тебе, Дания, надо умереть. Иначе он ко мне никогда не придет.
- Ты психопат! – хорошенько ударив в лицо нападающего охранника, тот зло посмотрел на Исландию.
- Может быть. Но если останемся я и братик, то все будет хорошо.
- Что? – от весьма неприятной догадки Норвегия обмер.
- Да, я приказал убить тех двоих… - Бьернсен достал из-за пазухи два окровавленных перстня-печатки, которые носили Тино и Бервальд.
- Ты монстр! – крикнул Хелль и хотел было кинуться на него с кулаками, но был пойман за шиворот Данией.
- Бежим отсюда, пока они не повставали!
Не особо интересуясь мнением спутника, Хольгер перекинул его через плечо и постарался как можно скорее сбежать.
- Нам надо выпить… Нам точно надо выпить… - бормотал он. – Ну а пока нам надо свалить.
***

В какой-то момент опьянение перешло за ту черту, что ранее очень важные рамки и нормы попросту становились мелочными и незначительными. Хетиль даже не заметил, когда сам прижался к Дании, когда сам же и начал его целовать.
От осознания, что Бервальд и Тино убиты по приказу Эспена, да и сами они должны были быть помещены в клетку и отправлены в лабораторию с его благоволения, было безумно мерзко. А еще холодно.
Хелль чувствовал себя брошенным и одиноким. Ему хотелось тепла, хотелось согреться. А Хольгер рядом, он сам готов греть хоть всю жизнь, не требуя ничего взамен. Так почему бы и нет?
Сам же Фредериксен едва ли не боялся дышать, не желая нарушить такое сладостное мгновение. Дании казалось, что это пьяная галлюцинация и ни с кем он не целуется, но… когда этот самый глюк стянул с себя куртку и футболку, а затем потянулся к пуговицам его рубахи, сомнения как-то отошли на задний план.
- Хетиль… что ты делаешь? – взяв инициативу в свои руки, Хольгер уложил Норвегию спиной на пол, сжав запястья и заведя его руки за голову. Смотреть ему в глаза, не на тело, было совсем нелегко.
- Фредериксен, заткнись и не думай… просто не думай. Тебе это не удается, да и сейчас не нужно, - вздохнув и чуть прикрыв глаза, Торбьернсен закинул ноги ему на поясницу, не сильно прижимая к себе, но достаточно, чтобы датчанин почувствовал, что медлить не стоит.
Едва сдержавшись, чтобы не зарычать, Хольгер только крепче сжал запястья Норвегии. Он прекрасно понимал, что если сейчас сорвется, то ничего хорошего от этого не будет. Он пьян, он не может себя контролировать и никак не сможет задуматься хотя бы о том, что предмету обожания тоже должно быть приятно.
Понимая, что датчанин явно пока делать ничего не собирается и инициатива по-прежнему остается только у него, Хетиль, будучи и так в неудобной позе, чуть вытянул шею вперед, соприкасаясь с ним щекой, и прошептал:
- Не дай мне замерзнуть, если ты меня хоть немного любишь так, как раньше… Мне холодно, Хольгер…
Послав к чертям весь самоконтроль, Дания отпустил его руки и прижал к себе как можно крепче, губами же прикасаясь к шее Хелля.
- Ты мой, слышишь? Меня не волнует, какие там виды на тебя заимел твой долбанный братец, кто тебя еще страстно хочет и что там за отношения у тебя с кем из людей были… Просто ты мой…
Дании плевать, что его сейчас не слушают, а даже если и слышат, то не поймут. Хетиль пьян и, явно, уже вошел во вкус. Хольгер целовал его, стараясь быть как можно более нежным, но не мог сдерживать себя и, не без инициативы самого норвежца, поцелуи становились все более страстными и откровенными. Хольгер плавно спустился губами на шею Хетиля, прекрасно помня, что это едва ли не самое его чувствительное место. И он не ошибся – Хелль начал тихо и едва слышно стонать сквозь зубы, когда датчанин прошелся языком от подбородка до ямочки между ключиц, чуть прихватив кожу зубами. Он покрывал поцелуями его грудь, оставляя быстро краснеющие засосы.
Норвегия же до крови искусал губы, чтобы не стонать в голос. Ему безумно приятно, чувствовать снова так давно забытые ласки родного и близкого человека. Ему было хорошо. Вот только неприятно в нос бил запах крови, а прикосновения становились несколько грубыми, как и укусы – не рассчитывая силу, датчанин прокусывал кожу до крови.
- Хольгер… Хольгер… - пытаясь остановить любовника, Хетиль схватил его за плечи, но в ужасе отпрянул и поспешно постарался отодвинуться, в итоге врезавшись спиной в хлипкий столик и сбив с него бутылку с виски, которая попала в зеркало. Осколки со звоном попадали на пол.
- Нет… - испуганно прошептал Норвегия.
Вместо Фредериксена перед ним на полу сидел будто труп – полопавшаяся кожа, свисающая лоскутами, выгнившее мясо и пустые глазницы. Сконцентрировать на монстре внимание не получалось. Страх и отвращение полностью перекрыли все возможное логическое мышление, а когда нечто, ранее бывшее Данией, стало надвигаться на него, Хетилем овладел животный ужас. Он только сжал ладонью лежащий рядом большой осколок и начал отползать назад. «Дания» же с трудом полз за ним. Из пустых глазниц струйками текла кровь так, что создавалось впечатление, что монстр плачет.
- Не подходи… - вжавшись в стену, протянул испуганно Норвегия.
Чудовище же будто и не слышало его и крепко ухватило за ноги, подтягивая под себя. Испугавшись сильнее прежнего, норвежец всадил осколок в лоб монстру. Тот, как-то тихо и жалобно взвыв, дернулся и замер, придавив своим не малым весом ноги Хелля.
Столкнув с себя труп, Торбьернсен вскочил на ноги, едва не рухнув из-за сползших брюк. Труп существа, подозрительно напоминавшего Данию, лежал у его ног. В зеркале, половина которого так и осталась целой, отражалась совсем другая картина – на полу лежал сам Фредериксен, неверяще смотрящий перед собой. Из его глаз по щекам текли слезы.
Хетиль обмер. Он не знал, верить отражению или своим глазам? Видимо, пойло, которое нашел в своих закромах Хольгер, было не качественным и из тех напитков, что вызывали галлюцинации.
Он. Сам. Убил.
Зажав голову ладонями, норвежец рухнул на колени. Кричать не получалось, хотя хотелось. Очень хотелось завыть, как волку, которых раньше было много на его землях. Просто слезы текли по щекам.
Подняв с пола еще один осколок, Хелль перекрестился и резко вонзил осколок себе в грудь. Он знал, где находится сердце. Промашки не должно быть. Последнее, о чем он жалел, так это о том, что он не поцеловал Хольгера в последний раз.
***


Компьютерный мир был особым. Там Исландия, каким был слабым не было его тело, мог быть всемогущим. Его пальцы уверенно скользили сразу по нескольким сенсорным панелям, отдавая приказы суетящимся людям в белых халатах и спокойным людям в черных костюмах и полицейской форме, а те были послушны его воле.
Эспен улыбнулся, напевая себе под нос старую колыбельную, и отключил канал связи с людьми. Теперь его интересовали изображения с камер наблюдения. Их было много, почти в каждой палате. Исландия равнодушно пролистывал изображения, не обращая внимания на мелькающие знакомые лица, пока не нашел наконец того, кого искал.
Эспен затянул обрядовую свадебную песню, увеличивая передаваемую камерой картинку.
Лицо Норвегии было спокойным и даже умиротворенным.
Жаль, его нельзя было потрогать.

***


Бервальд путался в чужих городах. Он мог заблудиться в любом уголке вроде бы изученного уже Хельсинки, что уж говорить об Осло, где Швеция бывал только проездом и не очень часто. Карта не сильно помогала, да и пользоваться навигатором слишком часто он опасался, поэтому пришлось полагаться исключительно на свою память о том месте, где следовало встретиться с другими странами.
Швеция уверенно шагал по освещенным улицам второго уровня, выбирая момент, чтобы спуститься на третий. Со стороны было не заметить, но он с трудом удерживался от того, чтобы пуститься бегом - вперед его гнало ощущение грядущей беды.
Выйдя из лифта где-то неподалеку от нужной точки, Бервальд все же не сдержался и перешел на бег. Сердце билось как бешеное, только подгоняя его, и оклик со стороны Бервальд сразу не распознал, как обращение к нему.
Он резко затормозил и обернулся, пытаясь понять, кто его позвал и надеясь, что это был Тино. Однако вышедший навстречу человек был просто человеком.
- Добрый вечер, - сказал он с вежливой улыбкой, от которой повеяло скрытой угрозой. Швеция невольно отступил на шаг, оглядываясь по сторонам в поисках того, что можно было бы использовать как оружие.
Вон та стальная труба, наполовину вкопанная в землю - если бы получилось ее вытащить...
Бервальд не стал отвечать человеку, делая небольшой шаг по направлению к возможному оружию.
- Вам стоит подумать о том, чтобы согласиться на наше предложение, - человека, казалось, это совершенно не волнует. Он просто стоял, проводив Бервальда взглядом. - Иначе вы пожалеете об этом.
Швеция положил ладонь на холодное железо, потянул на себя - к его удивлению, труба легко оказалась в ладони, придавая уверенности.
- Меня не интересует, - наконец ответил он, рискнув пройти мимо человека дальше по проулку. Тот снова проследил за Бервальдом глазами, но не сделал попытки остановить его.
Швеция добрался до сквера за несколько минут. На первый взгляд на площадке было пусто, только потом он заметил движение за фонтаном и поспешил туда. Открывшееся зрелище выбило воздух из легких - никогда в жизни Бервальд не хотел увидеть распростертого на земле в луже крови Тино.
Он бросился к Финляндии, падая на колени, осторожно подхватил его под спину и затылок, поднимая легкую голову - волосы были все мокрые от крови.
Позвать даже не решался, как и пульс проверить, собственные руки дрожали.
Тино на его руках вздрогнул, открыл глаза - Швеция не поверил своему счастью, жадно всмотрелся в родное лицо.
- Ис... - прошептал Финляндия, и на его губах запузырилась кровь.
Бервальд рискнул прикоснуться к его шее. Пульса не было.
Почему-то в сердце Швеции поселилась уверенность, что это тот человек, который предлагал ему контракт, убил Тино - раз они могут убивать страны, эти проклятые люди!. Бережно опустив тело Финляндии на землю, он скользкими от крови пальцами схватил трубу и бросился обратно, не разбирая дороги.
Перед глазами темнело от застилающих сознание ярости и боли.

Резкая боль в руке заставила его застонать и медленно открыть глаза. Перед ними оказался потолок. Бервальд не мог вспомнить, как он оказался в помещении - он бежал по улицам Осло, готовый убить любого, кто стоит на его пути, он видел трупы Дании и Норвегии...
Бервальд поморщился и попытался сесть, но обнаружил, что лежит на кушетке, пристегнутый широкими ремнями. С одним из них как раз возился Финляндия.
Швеция некоторое время рассматривал его сосредоточенное лицо, незнакомую одежду, чем-то напоминающую военную форму, попытался позвать Тино, но из горла вырвался только хриплый стон.
Впрочем, этого хватило. Финляндия вскинул голову и всмотрелся в его лицо.
- Все в порядке, я жив, - уверенно сказал он и улыбнулся, возвращаясь к ремню.
Говорить Бервальд боялся, тронуть Тино - тоже. А вдруг тот рассыплется? Швеция вытащил из своего тела все лишние трубки, присел на край кушетки, ступнями коснувшись ледяного железного пола.
Сомневаться не приходилось, он в лаборатории, только как здесь оказался?
Швеция прижал Финляндию к себе, убеждаясь, что тот настоящий и живой, зажмурился, снова вспомнив ту боль, которую испытал при виде его тела. Было еще что-то, что не давало Бервальду покоя - и когда в комнату заглянул Исландия в той же форме, что и Тино, Бервальд понял, что именно.
Он видел, как Эспен распоряжался людьми. Теми самыми, в костюмах, предполагаемыми убийцами...
Не заботясь тем, что он еще нетвердо стоит на ногах, Бервальд, отодвинув Тино к себе за спину, добрался до Исландии и взял его за грудки, поднимая в воздух.
- Ты, скотина! - прорычал он, тряхнув Эспена. - Как ты... как ты посмел?
Исландия поморщился от боли - видимо, ударился затылком о стену, но промолчал.
- Он ни в чем не виноват, Бервальд, пожалуйста! - затараторил Тино, повиснув на спине, и от его тепла рядом Бервальда немного отпустило. Он разжал кулаки, резко развернулся и сгреб Финляндию в объятиях, ощупывая его, чтобы проверить, все ли в порядке.
Все еще не верилось, что Тино живой - казалось бы, только что сжимал в руках его безжизненное тело.
Исландия тихо поднялся на ноги, поправляя куртку. Ему, казалось, безразлично то, что происходит.
- Идемте, тут есть еще кто-то, кого нужно вытащить.
Он вышел, не дожидаясь ни Финляндию, ни Швецию.
Тино виновато засопел - ему явно хотелось идти следом - но сам, угадав желание Бервальда, поцеловал его.
- Никогда в жизни больше не смей уходить один, - заявил он, напоследок не слабо ударив Швецию в грудь.
Ничего не оставалось, кроме как пообещать.
***


Смерть оказалась... странной.
Ныла грудная клетка, Хетиль невольно попытался дотронуться до нее и обнаружил, что не может пошевелиться.
"Ну да, я же мертв", - напомнил он себе, медленно открывая глаза.
- Хелль! – услышал он взволнованный голос Исландии где-то в темноте над собой. - Ну, дыши!
Последовал удар в грудь, Норвегия распахнул ресницы еще шире и со свистом втянул воздух. Он не вполне понимал, что происходит, воспоминания обрывались тем моментом, когда он всаживал себе в сердце осколок зеркала.
Исландия пробормотал что-то, всхлипнув, и Хетиль почувствовал тяжесть, опустившуюся на его грудь.
Он с трудом смог поднять голову, начиная чувствовать холод от той поверхности, на которой лежал, наткнулся взглядом на беззвучно рыдающего Эспена.
Тот улыбнулся сквозь слезы, поднялся, пошатнувшись - но стоило признать, что выглядел Исландия много лучше, чем когда они расставались в Осло.
- Сейчас сниму это все, подожди, - попросил Эспен, вытирая слезы, завозился с чем-то. Скосивший взгляд Норвегия увидел наконец ремни, надежно удерживающие его в одной позе.
Он позволил себе ни о чем не думать - сознание все еще с трудом ворочалось, его как будто окутал туман - дожидаясь, когда Исландия справится с ремнями и капельницами. Беспокойство на душе можно было списать на то, что Хетиль совершенно не понимал, как он оказался в подобном месте, и не совсем помнил, что случилось до того, как он открыл глаза.
Его состояние было похоже на похмелье. Мысль об этом вызвала цепочку ассоциаций - выпивка, предательство, Дания...
Дания.
Запаниковать Хетилю не позволили глухой стон и ругань, неожиданно раздавшиеся из той части комнаты, которую он не видел.
Он смог приняться сидячее положение и обернуться, справляясь с болью в затекших от долгого неподвижного состояния конечностях.
Опутанный проводами - больше, чем у самого Норвегии - но, несомненно, живой Дания выражал недовольство всей этой жизнью, которую он в гробу видел.
Ругаться он не перестал и уже будучи освобожденным, переворачивая обе койки и разбивая все оборудование, которое только можно было разбить. После вспышки ярости Дания будто проснулся еще раз и нашел взглядом Норвегию.
- Ты меня убил! - возмущенно заявил Хольгер, бросаясь к нему и обнимая Хетиля так, что тот снова забыл, как дышать. - Но, слушай, это реально был самый лучший из моих эротических снов.
От шепота на ухо по коже пробежали мурашки, Норвегия покраснел и поступил так, как и обычно - отпихнул Данию от себя.
Тот все равно выглядел до безумия довольным, как будто и не крушил несколько минут назад эту комнату.
Снова безучастный Исландия присел на перевернутую койку. Хетиль решился и подошел к нему, уселся рядом, собираясь хоть что-то сказать, но в этот момент до их палаты доковылял Швеция, опирающийся на плечо Тино.
- Все в сборе, - хмыкнул Дания, севший прямо на пол. - Что происходит?
- Я захватил лабораторию, - спокойно отозвался Исландия.
На удивление, в его голосе слышались нотки самодовольства.
- Когда мы пришли к тому фонтану в Осло, там никого не было, - Тино помог Швеции присесть на вторую койку, остался стоять рядом, держа Бервальда за руку. - Но мы поздно туда добрались, уже была ночь.
- Это, скорее всего, нас и спасло от вашей участи, - продолжил Исландия. Ему хотелось больше рассказывать о захвате лаборатории, но стоило вернуться к началу истории. - Финляндия нашел камеру уличного наблюдения, мы нашли записи и смогли увидеть, как вас притаскивают и грузят в планер.
Они рассказали о том, как еще раз написали призначному информатору, на этот раз получив от него вполне развернутый ответ с предложением встречи и ее предполагаемым местом. Под видом обычных людей добрались до границ Дании - мало кто обращал внимания на двух похожих подростков, а людей из лабораторий они уже не интересовали в качестве материала.
Таинственным информатором оказался Пруссия - наглый, энергичный и изображающий из себя пропавшего брата. Слишком живучий, чтобы дать заисследовать себя до смерти, Гилберт смог удрать из рук ученых, вооружившись необходимыми знаниями. Например, о том, что людям захотелось "уподобиться богам", стать бессмертными, выяснив, что не дает умирать странам. Ученым даже удалось выделить этот особый ген, но, к сожалению, у них закончились материалы для опытов, эксперименты пришлось начинать едва ли не с чистого листа...
Именно это позволило попавшим в лаборатории "свежим кроликам" прожить так долго. Над ними еще не ставили эксперименты, пока их только изучали.
- Над Данией собирались, но Ис все отменил, когда взломал систему управления, - сообщил Тино. Эспен скривился так, будто ему пришлось сгрызть лимон.
- Возможно, в этой лаборатории находится и Людвиг, поэтому мы получили военную поддежку Рейха, - продолжил он. - Не так уж и плохо, учитывая то, что у них там теперь война.
- Гил - чертов подстрекатель, - хмыкнул Дания. - Так понимаю, он же ее сам и подготовил, эту войну, чтобы под шумок можно было уничтожить это вот миленькое местечко, вытащив своего братца? И почему "возможно"?
- Так странно слышать от тебя разумные вещи, - спокойно ответил Исландия, никак не выдавая то, что говорит несерьезно. - Боюсь, они успели провести опыты. У тебя завелся мозг. Лабораторий больше, чем одна. Эта, кстати, выросла под самым твоим носом. Мы на твоей земле.
Хольгер отмахнулся от него, но все-таки притих, переваривая новую информацию.
- Что дальше? - хрипловато спросил Бервальд, поморщился и откашлялся. - Тут же еще другие, так? Нужно их вытащить. Не доверяю людям. Вы тут вдвоем?
- Да. Мы разделились перед штурмом, - кивнул Тино. - У нас есть план палат-камер. И оружие. Немного.
- Я бы предпочел нормалью одежду, - проворчал Дания, поднимаясь на ноги. - Великий отряд спасения, ха!
- В этом здании больше никого нет, только вы были. Нам нужно перейти в другое, - Исландия взмахнул планшетом, на котором виднелась карта. - И вам нужна одежда. Пойдемте, ограбим ученых.

Встретившее их на улице закатное солнце пылало ярко-красным - цвет очень подходил к слышным издалека выстрелам.






@темы: Северная Европа, будущее (3)

URL
Комментарии
2012-05-15 в 22:41 

Леденцовые реформы
Ради красоты и потерпеть не грех.©
Шикарно. У меня слов нет чтобы выразить свой восторг. Моё восхищение авторам и артеру :3

2012-05-16 в 10:05 

Morrigan33
Улыбаемся и машем!
Давно хотела сказать команде - артер у вас просто шикарный. Уж на что я равнодушна к скандинавам, но даже я любовалась :inlove:

2012-05-16 в 10:06 

Деяна Станкович
Найти работу и наладить свою жизнь ты всегда успеешь, а паб закрывается через пять часов. © Black Books | „Du bist verrückt mein Kind, du mußt nach Berlin“ © Franz von Suppé
Я очень надеюсь, что ваш артер участвует в ФБ х))))

2012-05-16 в 16:44 

тов.Молотов
Войной, дружище, занимаются как любовью. Работают те же органы. (с)
Поддерживаю Деяну про ФБ и всех остальных. Про артера я говорил, а текст - великолепен.

   

Битва Мировоззрений

главная