Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:10 

Прошлое; команда славян.

hetalia_fight
Так придумано людьми: хочешь мира - жди войны. (с)
Название: Июньская ночь, или Казацкие страсти
Фэндом: Hetalia
Персонажи: Россия, Украина, Турция.
Рейтинг: G
Жанр: джен, мистика, пародия
Размер: мини
Предупреждение: ООС
Дисклаймер: Химаруя
Саммари: Украина вынуждена выбирать союзника. Скользкая тема воссоединения брата и сестры с отсылками к Гоголевским ужастикам.

***

Степь, пустая, однообразная и тихая, но в то же время просторная и наполненная своими особыми звуками. Да, тут нет переливчатых трелей лесных птиц, шелеста листвы и шуршания мелких зверьков в подлеске. Но зато слышно стрекотание насекомых и шум крыльев, завывание ветра и даже стук собственного сердца. А еще это странное пьянящее ощущение свободы. Именно погнавшись за ним, Иван, который привык к густым буреломам, решил, что покрыть до вечера расстояние в три дюжины верст по открытому пространству будет достаточно просто. К сожалению, он ошибся, и вот солнце уже практически опустилось за горизонт, воздух наполнился новыми, вечерними звуками, а конца-края дороге не было.
Усталая кобыла спотыкалась все чаще и чаще. От долгой езды спина всадника затекла и грозила наутро отомстить мерзкой ноющей болью. Россия старался не обращать на это никакого внимания. Он сам решил, рискуя загнать несчастную лошадь, во что бы то ни стало добраться до Сечи именно сегодня. Ужасно не хотелось этого признавать, но он соскучился по сестре. Если в детстве они почти все время проводили вместе, то теперь она стала почти чужой для него. Запорожская Сечь… Дикое и странное место. До ушей России доходили жутковатые, смахивающие на легенды истории о нравах и обычаях вольных казаков, избравших своим обиталищем низовья Днепра. Нельзя сказать, что Брагинский сам был образцом человеколюбия и доброты, но Ольга…
Перед внутренним взором возник образ белокурой девушки с вечно смущенным выражением лица и большими блестящими голубыми глазами. Он задумался. А действительно… была ли она когда-нибудь очень уж добра? Он почти неосознанно поднял руку, и пальцы, онемевшие от многочасового сжимания уздечки, зарылись мягкую ткань подаренного Ольгой когда-то шарфа. После долгой дороги шарф стал больше походить на грязную тряпку: путь до Сечи был не из легких и приятных. Нет, он никогда не позволит себе усомниться.
Вдруг кобыла зафыркала и зашагала быстрее. Брагинский очнулся от легкой дремоты воспоминаний и, прикрыв рукой глаза от прощальных лучей заходящего солнца, вгляделся вдаль. Несколько серых столбиков дыма говорили о том, что приближается человеческое жилье. Пора было немного встряхнуться и вспомнить, зачем он здесь.
Все дело было в родственных связях. Украина, его старшая сестра, неожиданно резко изменилась. Почему, отчего и, главное, зачем не знал никто. Куда-то делись обычные для нее робость и плаксивость, но появилась несдержанность. Смех стал слишком громким, эмоции как будто бы наигранными. А с кем она стала водить дружбу? Поляки, татары, турки, в конце концов. Всем она одинаково улыбалась, всем одинаково грубила… включая и его. Россия нетерпеливо стукнул пятками кобылу, в который раз уже почувствовав, как эти мысли вызывают в нем решимость и желание немедленно встряхнуть сестру за плечи, чтобы она пришла в себя. Сонливость и усталость как рукой сняло, а лошадь, почуяв, что скоро ее ждут сноп сена и отдых, послушно потрусила быстрее.
Едва последние лучи солнца лизнули верхнюю границу окружавшего Сечь частокола, на степь упал вечер. Появление России вызывало вялое любопытство людей, которые провели день в трудах и заботах. Подозрительные взгляды недолго оставались таковыми, потому что Иван, памятуя об агрессивной набожности местных, расстегнул воротник настолько, чтобы был виден нательный православный крест. Он остановился сразу за оградой, и выпрямился в седле. На первый взгляд, женщин в Сечи не было совсем. Ни единой косы, ни одной юбки. Помедлив еще несколько мгновений, Иван собрался было уже спешиться, полагая, что будучи верхом спрашивать местных было бы не совсем вежливо, но тут к нему за спину с гиканьем взлетела человеческая фигурка. Тонкие, но крепкие руки обхватили его подмышками вокруг туловища, а что-то мягкое вжалось в спину. Россия мягко улыбнулся и успокоился — он знал эти объятия.
— Ванечка… Ты все-таки приехал, — нежным и тихим голосом сказала Украина откуда-то из-за спины, пробудив воспоминания о мелодичных колыбельных, что она пела ему когда-то. Впрочем, идиллия была совсем недолгой. Выхватив у брата поводья, девушка уверенно повернула лошадь куда-то направо вдоль частокола. Проехав не больше десятка саженей, Ольга придержала кобылку и легко спрыгнула на землю, Иван последовал ее примеру, развернулся, чтобы заключить сестру в объятия и… замер в изумлении. Неровно остриженные выгоревшие под безжалостным степным солнцем волосы, которые венчает лихо сдвинутая набок шапка. Ноги обуты в удобные, но вовсе не женские сапоги для верховой езды. Свободные широкие штаны и рубаха отнюдь не скрывают женских прелестей, а очень даже наоборот.
— Думаешь, здесь можно жить как-то иначе? Сарафан — не самая удобная штука, если хочешь знать, — грустно улыбнулась Украина, мгновенно сообразив, почему брат смотрит на нее округлившимися глазами. — Но Садык почему-то вовсе не против, а Феликс вообще в восторге.
С этими словами она отобрала у все еще пребывающего в шоке Ивана уздечку и повела его лошадку к коновязи, перепоручив там какому-то пареньку. Постепенно горький смысл ее слов дошел до России. Ведь именно поэтому он был здесь. Войско Запорожское было силой, с которой необходимо считаться, но в то же время оно было всего лишь кучкой хорошо обученных воинов, ведущих полукочевой образ жизни. Украина была крупной страной, страной, которая обладает обширными плодородными землями. А еще она окружена крупными державами с империалистическими замашками… Русское царство, Османская Империя и Речь Посполитая — каждый из них с интересом посматривал на красавицу-соседку и ее достоинства. Само собой разумеется, это не могло продолжаться долго, и Украине пришлось выбирать из своих ухажеров одного, рискуя тем самым испортить отношения с другими.
У Брагинского и мысли не возникало, что сестра может предпочесть ему кого-то другого, но теперь, после ее слов, его захлестнули смутные опасения. Все-таки она сильно изменилась, а у них в семье психические заболевания были в крови. Что она задумала?
Тем временем Украина повела его в сторону от куреней к небольшому шатру у самой стены и со странной усмешкой предложила зайти первым. Внутри было достаточно просторно, душно и пахло травами, источником слабого света служила плошка с плавающим в воске фитилем, стоящая прямо на циновках, устилавших землю. Кругом лежало множество небольших и явно затасканных подушек, а на них, вольготно развалилась полулежа фигура, при виде которой у Брагинского непроизвольно сжались кулаки. Фигура, заметив его, слегка насмешливо изобразила приветственный поклон, насколько это было возможно, в прорезях белой маски вызывающе блеснули глаза.
— Приветствую тебя, Россия. Наша гостеприимная хозяйка очень переживала в ожидании, — медленно и лениво растягивая слова, проговорил человек, но в голосе отчетливо чувствовалось напряжение.
— И тебе привет, Османская Империя, — Иван заставил себя расслабиться и широко улыбнулся, надевая привычную маску добродушного дурака и устраиваясь на подушках напротив.
— Я рада, что вы не подрались сразу же, — звонко сказала вошедшая следом Украина, третьей замыкая круг вокруг огонька. В руках у нее была какая-то бумага. — Думаю, мы можем начинать…
Она умолкла и смущенно поправила выбившуюся прядку, явно не зная, с чего начать. Брагинский поспешил ей на помощь.
— Больше гостей не предвидится, сестра?
Девушка вспыхнула и возмущенно посмотрела на брата, но Россия и так уже понял, что опять оказал медвежью услугу.
— Нет. Феликс должен был тоже приехать, но, — она помахала бумагой, — с ним в дороге случилось какое-то происшествие. Только что я получила от Ториса это письмо. Он пишет, что тот вернулся через пару дней в изодранной одежде, грязный, бледный, как смерть, и не может толком рассказать, что с ним случилось. Твердит, заикаясь, об арбузах, огурцах, поминает черта и какой-то клад. Нечистая сила над ним пошутила, не иначе.
Украина как-то безразлично пожала плечами и продолжила:
— Но раз вы добрались без приключений, то можно начинать второе испытание.
Повисла недоуменная тишина.
— Сестричка, ты, наверное, шутишь. Или это твои интриги, Осман?
— Не стоит прикидываться большим дураком, чем ты есть на самом деле, — перебил Садык. — Если бы это были мои интриги, ты бы даже и не заметил. Я сам понятия не имею, что задумала наша хозяйка. Сижу тут полдня, пью нечто, что у вас называют чаем, а светлоокая красавица лишь молчит и посылает многообещающие улыбки.
В его голосе явно чувствовалась насмешка, но Иван пропустил колкость мимо ушей, посчитав, что за словосочетания «наша хозяйка» и «светлоокая красавица» когда-нибудь он обязательно начистит этому наглецу физиономию.
— Да погодите вы! — Украина махнула рукой между двумя буравящими взглядом друг друга мужчинами, пытаясь привлечь внимание. — Давайте не будем делать глупостей. В конце концов, это я тут пытаюсь решить, с кем мне теперь жить!
Взаимная злость разом отошла на второй план, уступив место восхищению прямотой девушки и надежде. Россия с неудовольствием отметил, что Осман даже сел в возбуждении.
— Пресвятая Богородица, ну чему вы удивляетесь? Вы оба такие обстоятельные, умные, думаете долго и действуете осмотрительно. Я не могу сейчас себе такого позволить, и вы это понимаете. Да-да, оба. И Феликс понимает, правда, судьба и Господь распорядились иначе, и ему не удастся принять участие в состязании, — она перевела дух, заметив, что оба гостя так удивлены, что на этот раз не смогут ее перебить. — Итак, состязание. Ну, или испытание, мне это слово больше нравится. Тот, кто выйдет победителем и станет тем человеком, с которым я объединю свои границы. Все предельно просто и ясно, ведь так?
Украина умокла и стала внимательно следить за реакцией мужчин. Первым опомнился Россия.
— Но сестра, неужели, если победу одержит вот этот, — кивок на Османа, — ты беспрекословно уйдешь в его... гарем? Он же мусульманин! Ты станешь еще одной мелкой рабской страной среди таких же забитых и запуганных.
— А мне куда более интересно, почему в случае проигрыша я не смогу взять то, что хочу, силой?.. — тон Османа стал ледяным, но прежде, чем Россия успел что-то предпринять, сверкнула сталь, и кончик казацкой шашки царапнул маску в опасной близости от правого глаза.
— Потому что я не маленькая рабская страна, которая знает об истинной свободе лишь по детским воспоминаниям. И я умею быть жестокой не хуже твоих башибузуков, — холодно произнесла Украина, демонстративно медленно и, словно бы нехотя, убирая шашку. Днем она позаботилась о том, чтобы Османская Империя стал свидетелем некоторых обычаев Сечи. Как раз вчера за руку поймали воришку, что теперь умирал на позорном столбе. Нельзя сказать, что ей доставило удовольствие изображать кровожадное благородство, давая Осману дубинку со словами: «Каждый, проходя мимо, должен его ударить, таков обычай». Да и слушать вопли засыпаемого землей под гробом своей жертвы убийцы тоже было довольно-таки неприятно… Но быстрый взгляд, в котором явно читалось уважение, брошенный на нее после этого Османской Империей того стоил.
— Не думаю, что тебе понравятся постоянные гражданские войны, при твоих-то и так весьма широких и не всегда довольных владениях.
Украина неожиданно светло улыбнулась Осману, а тот криво ухмыльнулся и кивнул.
«А она не так слаба, как кажется,» — неожиданно для себя понял Россия. Такую Украину он еще не знал, но теперь ему стало ясно, что его сестра когда-нибудь станет страной, богатой и сильной. И только от нее зависит, будет ли она находиться в зависимости от сильного соседа или станет самостоятельной. Это было как будто прозрение будущего, но сейчас надо было возвращаться к настоящему.
— Ближе к делу, сестренка, — как можно более спокойно сказал Иван. — Что нам нужно сделать?
— О, братец, ничего особенного. Пусть, как и с Речью Посполитой, решит судьба и… нечистая сила. Но сначала вы поклянетесь, что итог испытания не будет оспорен. На все воля Божья, как Он рассудит, так и будет.

***

Ночь в степи полна звуков. Днем она спит, а ночью начинается жизнь. Где-то вдали воют степные волки, рядом нет-нет да и прошуршит какой-то мелкий зверек, едва не задев своим пушистым мехом. Оглушительно стрекочут сверчки, и под эту музыку с небес подмигивают неправдоподобно близкие звезды.
Россия сидел прямо на земле. По условиям состязания, нельзя было даже развести костер. Иван зевнул и потер глаза. Ему постоянно мерещилось на границе зрения какое-то светлое пятно, и он всерьез опасался, что уснул. Конечно, первый петух в любом случае его разбудит, но спать неизвестно где, неподалеку от почти вымершей деревеньки, около заброшенной церквушки... Интересно, кому вообще понадобилось строить ее в подобном месте? Впрочем, Османской Империи повезло меньше. Около реки и мрачно нависающей с холмика мельницы… Россия поежился, невольно чувствуя некое подобие сочувствия. Ему, по крайней мере, не грозила простуда.
Странное все-таки испытание придумала Украина. Провести ночь под открытым небом — это не не великий подвиг, достойный героя сказок и былин. Брагинский зевнул еще раз и поднялся, чтобы размяться. Но тут его прошиб холодный пот. Лошадь пропала. Он не помнил, когда и как, но среди ночных звуков не было ни одного, который напоминал бы о том, что рядом стоит, иногда встряхиваясь, крупное животное.
Немного побродив в темноте с широко расставленными руками и почувствовав себя ужасно глупо, Россия тихонько свистнул, ожидая, что раздастся стук копыт и теплая морда ткнется ему в плечо. Но вместо этого ночь разорвал ответный и куда более громкий залихватский свист. Иван обернулся, понимая, что не сможет увидеть в темноте источник, но готовый встретить опасность лицом к лицу.
Перед ним на чернильно-черном небе вырисовывался силуэт церкви, словно вырезанная из обычного ночного пейзажа дыра. Повеяло могильным холодом и раздался скрип старого дерева. Россия тряхнул головой и… снова сел. Страха не было, было раздражение. Создавалось впечатление, что его хотят напугать. Что там говорила Украина насчет нечистой силы? Иван улыбнулся и поднял глаза к небу. Какой вред может причинить верующему какая-то нечистая сила? Только тот, что он сам по глупости натворит, бросившись делать глупости. Поэтому он, нимало не заботясь о жутковатых звуках, доносившихся со стороны церкви, к которым присоединилось какое-то уже слегка озадаченное нечеловеческое завывание, растянулся на прогретой дневным солнцем и еще не остывшей земле, подложил руки под голову и уснул с улыбкой на губах, ощущая на груди прохладу нательного креста.
Его разбудил не столько крик первого петуха, сколько тишина, обрушившаяся следом. С силой потерев лицо, Россия посмотрел на церковь. Она сейчас выглядела ничуть не страшнее, чем накануне вечером: старая, разрушенная и безжизненная.
Россия рывком сел и потянулся. Теперь уже он немного завидовал Осману, который имел возможность умыться с утра. На востоке небо стало заметно светлее, до восхода далеко, но первые утренние пташки уже начинали периодически подавать голос. Решив, что нельзя терять времени, Иван встал и пошел посмотреть, что же за чертовщина пыталась его привлечь совсем недавно, а самое главное — забрать свою лошадь. Внутри было пусто. Совсем пусто. Ни намека на то, что здесь кто-то был, лишь старые прогнившие доски пола, дырявая крыша, да упорные растения, избравшие покинутый людьми дом Божий своим пристанищем. Брагинский не удивился и решил обойти здание, но делать этого не пришлось. Его кобыла мирно паслась чуть поодаль и радостно поприветствовала хозяина. Мужчина ласково потрепал животное по холке и отправился обратно.

***
Украина встретила его у самых ворот, держа под уздцы гнедого жеребца. Едва Россия спешился, как она, ничего не говоря, бросилась ему на шею. Он ласково обнял девушку.
— Ну а теперь- то мне можно пойти в баню и как следует поесть? — улыбаясь, сказал он, внезапно вспомнив, что еще вечером мечтал только об этом, но ему помешало это неожиданное испытание.
— Да, банька уже истопилась, так что можешь прямо сейчас отправляться, — голос Украины звучал ровно и глухо, потому что она уткнулась в шарф брата. Иван усмехнулся.
— А что Осман?
— Он не вернулся.
Россия удивленно воззрился на сестру. Она сделала шаг назад и подняла голову, чтобы заглянуть брату в глаза.
— Аллах не в силах справиться со славянской нечистью, ты разве не знал? Он отправился домой еще ночью. Видимо, было сложно признать поражение.
Иван посмотрел в ее смеющиеся глаза и вдруг все понял. Украина действительно изменилась. Но она всегда была сообразительной девочкой. Приняв решение жить с братом, ей просто надо было отвадить других претендентов таким образом, чтобы все было естественно и по правилам. Победителем вышел Россия, который, как и она, с молоком матери впитал, как надо общаться со сказочными существами и разного рода чертями. Как она и предполагала.
Украина подмигнула ему и лихо взлетела в седло.
— Увидимся после завтрака, брат, я отдам тебе письмо для твоего царя от нашего гетмана. А сейчас мне надо проверить, как новобранцы справились с ночным бдением, подобным твоему.
С этим словами она пришпорила гнедого и с гиканьем умчалась, оставив после себя клубы дорожной пыли, а Иван еще некоторое время задумчиво смотрел ей вслед.
Над горизонтом показались первые лучи солнца утра девятого июля 1648 года.


@темы: Славяне, прошлое (1)

URL
Комментарии
2012-05-06 в 18:17 

Deorum
i've seen more complexity in a couch from IKEA ©
Спасибо за предупреждение насчет ООС. На самом деле мне понравилось и очень даже, но только та часть, которая была до момента встречи трех сторон. Если бы весь текст был так выдержан, это бы прибавило ему плюсов в моих глазах. Турция и Россия, более-менее привычны, а вот Украине чего-то не доставало. Увы, это на уровне ощущений, так что конкретизировать не смогу, но сразу скажу что каноничная большегрудая плакса, не единственное представлении о стране, которое я считаю верным))

В любом случае спасибо)

2012-05-11 в 11:55 

Morrigan33
Улыбаемся и машем!
Интересная задумка с нечистью. :) Да и образ Украины вполне понравился, хоть и ООС к канону, а то про Олюразмазню читать было бы совсем не интересно) Все таки это Спарта Сечь :D

2012-05-12 в 15:01 

Деяна Станкович
Найти работу и наладить свою жизнь ты всегда успеешь, а паб закрывается через пять часов. © Black Books | „Du bist verrückt mein Kind, du mußt nach Berlin“ © Franz von Suppé
но теперь ему стало ясно, что его сестра когда-нибудь станет страной, богатой и сильной
омг, КОГДА ЖЕ?!
простите, автор, крик души)
спасибо за фик)

2012-05-19 в 07:50 

Спасибо, много полезного почерпнул.











URL
   

Битва Мировоззрений

главная